Kiev1.org Карта сайта Файлы Фотографии Киева
  
Реклама:






Разделы
 
 Sysadmin
 Антиглобалисты
 Ереси и секты
 Катастрофы
 Компьютерные новости
 Непроверенное
 О проекте
 О фотогалерее
 Политика и власть
 Православие
 Предприятия Украины
 Протесты Людей против нового мирового концлагеря
 Разное
 Россия
 Старец Паисий 1924-1994
 Стояние за Истину
 Суды в Украине
 Тайна беззакония
 экуменизм


Внимание! Читая пророчества на этом сайте помните что достоверность трудно проверить и все может во времени изменяться - самое главное думать своей головой и не верить легкомысленно всему что говорят, особенно советское телевидение
"О дне же том, или часе, никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец (Мк. 13, 32)"

"КОНВЕНЦИАЛЬНОЕ ХРИСТИАНСТВО": "новый мировой порядок" против Православия



Уравнивание Православной Церкви с "разделенными христианскими общинами" неизбежно ведет не к "восстановлению утраченного единства", а к отрицанию девятого члена Символа Веры, утверждающего веру во Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. Ибо если еретики "тоже церковь", то тогда, кто не еретики? Ибо тот кто утратил полноту Истины, помимо покаяния вернуться к ней не может, если даже, как свидетельствует Писание, "невозможно - однажды просвещенных, и вкусивших дара небесного, и соделавшихся причастниками Духа Святаго, и вкусивших благого глагола Божия и сил будущего века, и отпадших, опять обновлять покаянием, когда они снова распинают в себе Сына Божия и ругаются Ему" (Евр.6:4-6).
"Кому недостаточно малого добра, тот верит
в большее добро и ищет его. Кому мало большего
добра, тот верит в великое добро и ищет его.
Кому и того мало, не верит в добро и не ищет
добра. Кому мало низшей морали, тот верит в высшую
и ищет ее. Кому и ее мало, ищет еще более высокой
морали. Кому мало самой высокой морали, тот не
ищет никакой морали. Кому мало светлого лица
истины, ищет большего света. Кому мало большого
света, ищет еще большего. Кому мало самого
светлого лика истины, не верит в истину и не ищет
никакой истины. Этим объясняется то, что между
теми, кто принял христианство, иногда безнравственных
людей и безбожников больше, чем среди нехристиан,
которые, не имея всего, не лишились всего"
Свт. Николай Сербский ("Мысли о добре и зле")



В точном переводе на русский язык слово "конвенциональный" (от англ. conventional) означает "согласительный", т.е. условный, принятый по взаимному между всеми общему соглашению 1). Так, например, мондиализм - эта синтетическая религия "нового мирового порядка" - в качестве одной из своих основ использует представление о "конвенциональной морали", т.е. такой общественной морали, ценности которой не абсолютны, не опираются на мировоззренческие или религиозно-нравственные принципы каждого конкретного человека или даже некоторой ограниченной группы людей, а вырабатываются в результате обсуждения между представителями всего "объединившегося человечества". В итоге европеец, пусть даже и не христианин, но воспитанный в ценностной системе христианской нравственности, оказывается должным жить в морально-согласительном компромиссе с каким-нибудь приехавшим мусульманином-арабом или даже дикарем-людоедом из диких племен Центральной Африки или Океании. Равно, впрочем, как и те с ним. Однако несложно представить себе, что' в итоге после ценностного "усреднения" окажется "социально допустимым" и что' останется от культурного наследия христианства? Ничего, только три базовые мондиалистские идеологемы: для тех, кто послушен - 1) "абсолютная" ценность жизни; 2) свобода перемещений; и 3) свобода слова (понимаемая как свобода говорить все, что не противоречит мондиализму).

Понятно, что в тех, кто руководствуется в своей жизни этическими ценностями исповедуемой веры, т.е. строго следует определенной религиозно-нравственной традиции, не желают поддаваться разврату насаждаемого модиализмом "культурного опрощения", он и видит своих естественных противников. Очевидно, что к оным принадлежат не только христиане, но и последователи любых других религиозных учений, ортодоксально (или, если использовать принятые сейчас штампы - "фундаменталистски") не желающие соглашаться с условностью и относительностью того, во что они верят и чем живут. Для обуздания таковых архитекторы "нового мирового порядка" разработали целый ряд стратегий, включающих в себя широкий спектр действий от "редукции несогласных" (т.е. физического уничтожения наиболее упорствующих) до выхолащивания и фальсификации религиозных концепций, создания международных форумов "толерантности и религиозного содружества", замещения священнослужителей жрецами, состоящими у мироправителей на службе.

Очевидно также, что именно на христианство, исторически определившее культуру европейских народов, чей исторический прогресс в течение последних двух последних тысячелетий сформировал и продолжает формировать облик мира, ревнители мондиализма направили свой первый и главный удар с целью извратить и заместить безжизненным, бесцветным, бездуховным, лишенным какой бы то ни было исторической воли суррогатом, податливым для последующего управления и пригодным для того, чтобы стать основой "межрелигиозного" - конвенционального! - диалога с целью постепенного формирования единой мировой религии - опиума будущих рабов. Характерно, что чем меньше в христианских конфессиях оказывалось традиции, и чем больше в них было склонности к "открытому диалогу" - любви к схоластическим дискуссиям и внесению в догматику фарисейской отсебятины, - тем легче они подминались и встраивались в структуры "нового мирового порядка", превращались в его пассивных, а в иных случаях и активных служителей.

На сегодняшний день можно констатировать, что из христианских церквей только православные хоть как-то пытаются сопротивляться тому, чтобы вместе со всеми прочими сочетаться мондиалистскому духу века сего. Но атака на них ведется непрерывная и все более усиливающаяся. Ее направлений несколько. Во-первых, размыть догматику, лишив уверенности в том, что христианству и, в особенности, Православию, принадлежит вся полнота истины, разные лики которой якобы "распределены между церквями-сестрами" и даже между разными формами религиозности. Во-вторых, превратить Церковь в институт и инструмент светской власти, навязав ей миссию "социального служения" под флагом "спасения мира". В-третьих, изменить сотериологию христианства, лишить это учение его исключительности и тем самым оное подорвать и обессмыслить.

Вероятно, есть и другие стратагемы современной войны против Спасителя, однако эти три перечисленные выше наиболее заметны и благоприятны для внедрения в христианское вероучение ему враждебных духа и мудрости века сего. Остановимся последовательно на каждой из них, чтобы, вытащив дела тьмы на губительный для них свет Божий (ср. Еф.5:10-13), показать, какими путями "новый мировой порядок" пытается христианство переродить в ересь и отступничество.

Экуменизм - надругательство над таинствами

Исторически первым и потому наиболее полно осуществившимся и самым на сегодняшний день вредоносным в деле разрушения абсолютности и универсальности православного христианского вероучения явился экуменизм - доктрина о внедогматической общности всех верующих "в бога, олицетворившегося и воплотившегося посредством Иисуса Христа". Содержание этой ереси предельно точно и откровенно изложено в "Основных принципах отношения Русской Православной Церкви к инославию", принятой Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 13-16 августа 2000 г. 2):

"Экуменическое движение возникло в недрах протестантизма на рубеже XIX-XX веков. Возникновение экуменического движения связывают с пробуждением "воли к единству" в разделенном христианском сообществе. Кроме того исходными мотивами и импульсами экуменического движения были потребность в международной христианской кооперации и стремление к преодолению разрушающего дело миссии деноминационализма... Сравнительно позже оформившееся движение за межхристианское объединение было вдохновлено именно протестантским учением о церкви, о целях и задачах христианского воссоединения. Одной из ключевых идей для протестантского экуменизма была мысль о том, что ни одна из существующих конфессий не может претендовать на то, чтобы в полном смысле именоваться "Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церковью". Все же они суть не что иное, как деноминации, возникшие в результате вызванного человеческими недостатками разделения некогда единого христианства. В вопросе о природе христианского единства и значении разделений у представителей различных конфессий были свои разногласия, но в основном "экуменическая экклезиология" сводилась к тому, что христианское единство – есть некая данность. Все христиане, поскольку все они веруют во Христа, постольку едины во Христе. Под экуменической задачей, соответственно, понималась необходимость зримым образом выразить, подчеркнуть это онтологическое единство, затуманенное и ослабленное в ходе истории, восстановить нарушенные связи между христианами. Соответственно, в практическом плане, перспектива восстановления единства мыслилась в направлении межденоминационных соглашений. Поскольку бытовал тезис, что "догма разъединяет, а жизнь объединяет", то для достижения сближения деноминаций предполагалось а) стремиться к доктринальному консенсусу по вопросам, разделяющим конфессии (такой консенсус, как и всякий консенсус, предполагал взаимные уступки, признание различий делом второстепенным, в особенности же и потому, что все эти доктринальные расхождения – плод несговорчивости и заносчивости богословов и властолюбия церковных администраторов). б) не дожидаясь достижения доктринального консенсуса осуществлять единство в практическом деле – миссии, служении обездоленным, и т. д. в) стремиться к установлению церковного общения, как средства в деле духовного сближения между деноминациями – проводить совместные молитвы, приглашать на богослужения в своей общине представителей иной конгрегации и т. д. – несколько позднее эта идея приобрела характер так называемого "интеркоммуниона" или "евхаристического гостеприимства" – когда к участию в евхаристии приглашались представители иной конфессии, с которой еще не восстановлено полное общение. Всемирный Совет Церквей рассматривался инициаторами его создания как наиболее зримый знак христианского единства, инструмент для координации межденоминационного сближения".

Казалось бы, после такой исчерпывающей характеристики, обнаруживающей противоречие и Священному Писанию, и Священному Преданию, для того, кто объявляет себя хранителем веры и слова Божия, проблемы выбора не возникает: экуменизм есть зло, навязываемое прислужниками врага рода человеческого для профанации христианства и "прельщения, если возможно, и избранных" (Мф. 24:24).

Действительно, ведь не о "соединении же деноминаций" идет речь в этом отрывке, а о молитвенном и евхаристическом общении с еретиками, исказившими Завет Христов, о которых св. ап. Павел совершенно категорично заповедует своим чадам: "Еретика, после первого и второго вразумления, отвращайся, зная, что таковой развратился и грешит, будучи самоосужден (Тит.3:10-11). Ибо как царство не может устоять, если разделится само в себе (Мк. 3:24, Мф. 12:25), так и вера не будет самой собой, если окажется искаженной. Обращаясь к галатам, апостол пишет об этом: "Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема" (Гал. 1:8-9).

Следуя сему научению, в принимаемых Церковью безусловными для исполнения правилах апостолов и святых отцов Вселенских и Поместных Соборов четко регламентируется:

1) Ересь предается анафеме (Втор. 3), 1)

2) Под страхом отлучения или извержения из сана запрещено с еретиками молиться, посещать из молитвенные собрания и даже позволять им действовать, как служителям Церкви (Апост., 45, 65; Лаод. 6, 33; Тим. 9)

3) Невозможным является принимать от еретиков жертвы и крещение (Апост. 46), а также дары, благословения (Лаод. 37, 32), делить с ними праздники, посещать святыни (Лаод. 9, 37), сочетаться с ними браком без возвращения в Православие (Четв. 14; Шест. 72; Лаод. 10, 31; Карф. 30)

4) Не действительными считаются их свидетельства (Апост. 75; Втор. 6) и рукоположение (Апост. 68).

Иначе говоря, НИКАКОГО общения до отречения от ереси и покаяния с последующим прохождением ими через надлежащие таинства (Шест. 95; Вас. Вел. 5, 47), как сказано: "Завещеваем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас" (2Фес. 3:6).

Однако не все так просто. Русская Православная Церковь вплоть до 1961 года, несмотря на внешнее давление со стороны глобалистски ориентированного руководства КПСС и происки внедренных в нее отступников твердо воздерживалась от участия в экуменических сборищах. Еще в 1948 году на Московском Совещании Предстоятелей и Представителей автокефальных Православных Церквей с участием иерархов Русской, Константинопольской, Антиохийской, Александрийской, Грузинской, Сербской, Румынской, Болгарской, Греческой, Албанской и Польской Церквей экуменизм был решительно осужден. Выступавший там св. Серафим (Соболев) говорил: "Экуменисты... даже из православной среды, не имеют правильного понятия о Церкви. Они считают, что к Церкви принадлежат все крещенные во Христа, ставят в один ряд как православных, так и еретиков, признавая и тех и других телом Христовым... Наша Церковь никогда не считала еретиков входящими в ее состав, в состав самого Тела Христова. Да и как возможно данную экуменистическую точку зрения считать православною, когда Вселенские Соборы всегда предавали еретиков анафеме? Очевидно, экуменисты в своем учении о Церкви не признают над собой авторитета Вселенских Соборов. Но это равносильно отрицанию авторитета всей Православной Церкви... У еретиков не действует благодать таинства миропомазания и благодать таинства покаяния... Мы, православные христиане, исповедуем, что Церковью, как учрежденною Самим Богом для нашего спасения, можно называть в строгом смысле только одно общество истинно верующих христиан. Называть же церковью каждое из еретических обществ - это значит не иметь правильного понятия о Церкви и попирать нашу веру в догмат о Церкви, изложенный в девятом члене Символа веры... Экуменизм еще не будет торжествовать своей победы, пока он не заключит все Православные Церкви в свое экуменистическое вселенское кольцо... Памятуя сущность и цели экуменизма, всецело отвергнем экуменистическое движение, ибо здесь - отступление от православной веры, предательство и измена Христу...". Столь же определенно высказался об "экуменической экклезиологии" цитируемый в "Основных принципах отношения Русской Православной Церкви к инославию" свмч. Иларион (Троицкий): "я твердо убежден, что было бы громадным шагом на пути единения, если бы [экуменическая] конференция утвердила бы прежде всего истину единства Церкви и не считала бы все современные христианские вероисповедания и секты, взятые вместе, за единую Христову Церковь, потерявшую лишь видимое единство".

Однако, "горе миру от соблазнов, ибо надобно придти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит" (Матф.18:7). И потому попущением Божиим за наши грехи процесс интеграции Православия в экуменизм (или экуменизма в Православие) все же состоялся. Начало сему положило решение Поместного собора РПЦ МП 1961 года, зафиксировавшее не только неохотное согласие на сначала весьма ограниченное, а потом все расширяющееся общение с еретиками, но и положившее начало целой когорте "людей церкви", которые за сорок лет своей совместной антиканонической деятельности сумели даже оформить ее "праведность" в виде псевдо-богословского обоснования, сильно напоминающего известное выражение: "Когда нельзя, но очень хочется, то можно".

Таковым являются уже упоминавшиеся, узаконенные Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 2000 г. "Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию". В них содержится попытка внедрить и закрепить в виде общецерковного правила "вероучительное" положение о том, что экклезиологическая ересь экуменизма в наши дни является не только "исторически неизбежной составляющей православной жизни", но и даже, но и современным воплощением "христианской миссии свидетельствовать об истине Христовой".

Практически с самого начала вводится следующий "логический" ряд:

1. "Заблуждения и ереси являются следствием эгоистического самоутверждения и обособления" (разд. 1 п. 1.14);

2. "Общины, отпавшие от единства с Православием, никогда не рассматривались как полностью лишенные благодати Божией... Несмотря на разрыв единения, остается некое неполное общение" (разд. 1 п. 1.15);

3. "Церковное положение отделившихся не поддается однозначному определению. В разделенном христианском мире есть некоторые признаки, его объединяющие: это Слово Божие, вера во Христа как Бога и Спасителя пришедшего во плоти (не соответствующие контексту ссылки на Первое Апостольское Послание св. ап. Иоанна), и искреннее благочестие" (разд. 1 п. 1.16);

4. "Существование различных чиноприемов (через Крещение, через Миропомазание, через Покаяние) показывает, что Православная Церковь подходит к инославным конфессиям дифференцированно. Критерием является степень сохранности веры и строя Церкви и норм духовной христианской жизни. Но, устанавливая различные чиноприемы, Православная Церковь не выносит суда о мере сохранности или поврежденности благодатной жизни в инославии, считая это тайной Промысла и суда Божия" (разд. 1 п. 1.17);

5. Трагедия разделений стала серьезным видимым искажением христианского универсализма, препятствием в деле свидетельства миру о Христе. Ибо действенность этого свидетельства Церкви Христовой в немалой степени зависит от воплощения проповедуемых ею истин в жизни и практике христианских общин (разд. 1 п. 1.20);

6. "Важнейшей целью отношений Православной Церкви с инославием является восстановление богозаповеданного единства христиан (Ин. 17, 21), которое входит в Божественный замысел и принадлежит к самой сути христианства" (разд. 2 п. 2.1);

7. "Разделение христианского мира есть разделение в самом опыте веры, а не только в доктринальных формулах. Должно быть достигнуто полное и искреннее согласие в самом опыте веры, а не только в ее формальном выражении" (разд. 2 п. 2.11);

8. "Единство Церкви есть прежде всего единство и общение в Таинствах. Но подлинное общение в Таинствах не имеет ничего общего с практикой так называемого "интеркоммуниона". Единство может осуществиться только в тождестве благодатного опыта и жизни, в вере Церкви, в полноте таинственной жизни в Духе Святом" (разд. 2 п. 2.12);

9. "Источник единства – в Боге, и поэтому одни только человеческие усилия для его восстановления будут напрасны, ибо "если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его" (Пс. 126, 1)... Задачей же православных христиан является соработничество Богу в деле спасения во Христе" (разд. 2 п. 2.12);

10. "Характерной особенностью проводимых Русской Православной Церковью диалогов с инославием является их богословский характер. Задача богословского диалога – объяснить инославным партнерам экклезиологическое самосознание Православной Церкви, основы ее вероучения, канонического строя и духовной традиции, рассеять недоумения и существующие стереотипы" (разд. 4 п. 4.2);

11. "С точки зрения православных, для инославия путь воссоединения есть путь исцеления и преображения догматического сознания... Свидетельство не может быть монологом – оно предполагает слышащих, предполагает общение. Диалог подразумевает две стороны, взаимную открытость к общению, готовность к пониманию, не только "отверстые уши", но и "расширенное сердце" (2 Кор. 6.11)..." (разд. 4 п. 4.4, 4.5);

12. "Объем и мера участия Русской Православной Церкви в международных христианских организациях определяется Священноначалием исходя из соображений церковной пользы" (разд. 5 п. 5.4);

13. "Связи Русской Православной Церкви с инославными христианскими общинами в странах СНГ и Балтии должны осуществляться в духе братского сотрудничества Православной Церкви с другими традиционными конфессиями в целях координации деятельности в общественной жизни, совместного отстаивания христианских нравственных ценностей, служения общественному согласию, прекращения прозелитизма на канонической территории Русской Православной Церкви... Признавая за инославными христианами право на свидетельство и религиозное образование среди групп населения, традиционно к ним принадлежащих, Православная Церковь выступает против всякой деструктивной миссионерской деятельности сект" (разд. 6 п. 6.1, 6.3);

14. "Отвергая ошибочные с точки зрения православного вероучения взгляды, православные призваны с христианской любовью относиться к людям, их исповедующим" (разд. 7 п. 7.1).

Здесь в каждом пункте лукавство, маскирующееся под догматы Священного Предания, но не являющееся ими. Никогда заблуждение не было тождественно ереси, о чем Первое Правило свт. Василия Великого говорит: "Еретиками назвали они [древние] совершенно отторгшихся и в самой вере отчуждившихся, раскольниками - разделившихся в мнениях о некоторых предметах церковных и о вопросах, допускающих уврачевание; а самочинными сборищами - собрания, составляемые непокорными пресвитерами или епископами и ненаученным народом". И, согласно ему же, даже если "начало отступления произошло чрез раскол, но отступившие от Церкви уже не имели на себе благодати Святого Духа. Ибо оскудело преподаяние благодати, потому что пресеклось законное преемство. Ибо первые отступившие получили посвящение от Отцов и, чрез возложение рук их, имели дарование духовное. Но отторженные, сделавшись мирянами, не имели власти ни крестить, ни рукополагать, и не могли преподать другим благодать Святого Духа, от которой сами отпали. Вот почему приходящих от них к Церкви, как крещенных мирянами, древние повелевали вновь очищать истинным церковным Крещением. Но поскольку некоторым в Асии решительно угодно было, ради назидания многих, принять крещение их, то да будет оно приемлемо".

Согласно же новейшим "принципам отношения к инославию", и еретики уже не еретики, а инославные, и благодати их общины не лишены, и общение поддерживается, и Церкви они вроде как бы не отделены: ибо "как могут, верят во Христа и искренне благочестивы". Выходит, заблуждался что ли Вселенский Учитель относительно современных ему гностиков? И апостол Павел, настаивая "стоять и держать предание, которому вы научены или словом или посланием нашим" (2Фес. 2:13-15), "ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос" (1Кор.3:11), говорил, сам не зная о чем? Вернее согласиться с тем, что ересь ищет оправдание для ереси.

Ложный посыл - ложная и цель. Какое такое "свидетельство миру о Христе" могут нести "разделенные христианские общины", т.е. еретики? А иными они и не могут быть до принесения покаяния ("О покаянии мыслить иначе, нежели как сущие в Церкви - есть раскол" - Вас. Вел., 1), которое является не одним из возможных условий возвращения еретиков и отступников в Церковь Христову, но первым и единственным, которое в зависимости от тяжести отступления дополняется еще и совершением таинства (см. Шест., 95; Вас. Вел., 47). Но нераскаянный еретик в принципе не может свидетельствовать и проповедовать "во имя Его [Христово] покаяние и прощение грехов во всех народах, начиная с Иерусалима" (Лк.24:47), продолжая апостольскую миссию, о которой в Евангелии сказано: "Они пошли и проповедывали покаяние" (Мк.6:12). Церковь же Христова, хранящая заповеди Его, как и Бог, поругаема не бывает (ср. Гал. 6:7), и тот, кто истинно свидетельствует, не ложно стремится уподобиться св. ап. Павлу, писавшему о себе: "Но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным" (1Кор.9:27).

Уравнивание Православной Церкви с "разделенными христианскими общинами" неизбежно ведет не к "восстановлению утраченного единства", а к отрицанию девятого члена Символа Веры, утверждающего веру во Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. Ибо если еретики "тоже церковь", то тогда, кто не еретики? Или вера разделилась сама в себе, Церковь разделилась сама в себе, Истина разделилась сама в себе и Христос тоже разделился сам в себе?!! Ибо тот кто утратил полноту Истины, помимо покаяния вернуться к ней не может, если даже, как свидетельствует Писание, "невозможно - однажды просвещенных, и вкусивших дара небесного, и соделавшихся причастниками Духа Святаго, и вкусивших благого глагола Божия и сил будущего века, и отпадших, опять обновлять покаянием, когда они снова распинают в себе Сына Божия и ругаются Ему" (Евр.6:4-6).

Да, безусловно, авторы "принципов отношения к инославию" знали, что "разделение христианского мира есть разделение в самом опыте веры, а не только в доктринальных формулах", и что именно поэтому оно не может быть уврачевано одними только человеческими усилиями. Однако воссоединение, даже и ниспосланное свыше, как дар Божий, является не "встречей сестер-церквей", выясняющих, кто из них заблудший, а покаянное возвращение отпадших отступников. Блудный сын, вернувшийся к своему отцу, пришел сам, готовый к любому унижению (Лк.15:17-19). И никто не спешил "с христианской любовью" уговаривать его в богословских спорах, заботясь лишь тем, чтобы тот снизошел до "рассеяния своих недоумений и существующих стереотипов" (ср. "Глупых же состязаний и родословий, и споров и распрей о законе удаляйся, ибо они бесполезны и суетны" - Тит.3:9; "с кротостью наставлять противников, не даст ли им Бог покаяния к познанию истины, чтобы они освободились от сети диавола, который уловил их в свою волю" - 2Тим. 2:25-26 ).

Тем более недопустимым, ради подобного снисходительного согласия, является фактически разрешенное соучастие в нечестивых таинствах: дескать, они все равно не подлинны и не действительны. Апостол пишет об этом: "Кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней... кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем" (1Кор. 11:27,29). Но нет, только за последние годы был и скандальный молебен в Ассизи 24.01.2002 г.), где с православными иерархами вместе взывали к своим богам еретики католики и протестанты, неверные мусульмане и буддисты и даже язычники с сатанистами-колдунами. Были и многочисленные соучастия в службах православного священства с католическим духовенством, имеющим собственное мнение о природе Святого Духа, и с представителями армянской "древле православной церкви", не признающими догмата Святых Отцов Халкидонского Собора о двух природах во едином Лице Господа Иисуса Христа (и те, и другие под анафемой Святых Отцов Шестого Вселенского Собора - Шест., 1). И даже сановному протестанту, отрицающему апостольское преемство церкви, вход на литургию в самый главный храм страны никто не заградил (речь идет о Конраде Райзере, Генеральном Секретаре Всемирного совета церквей, "поучаствовавшем" в богослужении в храме Христа Спасителя 06.07.2003 г.).

По сравнению с этим уже кажется вполне естественным и незначительным такое отступление от ПРАВО-славия, как возведенное в канон признание за инославными христианскими общинами права на проповедь и религиозное образование на канонической территории Православной Церкви и явно выраженное желание к братскому сотрудничеству с ними. Откуда ж такая уверенность в безнаказанности и каковы цели, которые могут быть решены посредством экуменизма?

На первое ответить проще. Раздел 5 п. 5.4. "Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию" гласит: "Объем и мера участия Русской Православной Церкви в международных христианских организациях определяется Священноначалием исходя из соображений церковной пользы". Другими словами, "никто лучше священноначалия с большой буквы этой самой пользы не знает", ибо именно у него "ключи от Царства Небесного и что свяжет на земле, то будет связано на небе; и что разрешит на земле, то будет разрешено на небе" (Мф. 16:19). Однако на самом деле таковая непогрешимость к ереси и еретикам не относима. Святой Преподобный Иосиф Волоцкий о подобном случае рассуждает иначе: "Господь наш Иисус Христос сказал святым своим ученикам и апостолам: “Примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся”(Ин. 20: 22-23); и еще сказал: “Кого вы свяжете на земле, тот будет связан на небе; и кого разрешите на земле, тот будет разрешен на небе” (см. Мф. 18:18.). Видишь: связывают и разрешают, прощают грехи и удерживают Святым Духом. Без благодати Святого Духа никто из священников ничего не может сделать. Еретики же имели в себе нечистый дух сатанинский; как могут они связывать и разрешать на небе и на земле?" ("Просветитель", сл. 12). Однако тем не менее, как видно, дерзают.

Что же касается второго - целей, - то главной мишенью экуменизма, очевидно, является профанация и опошление веры, отрыв ее мистической части от повседневной практики, превращение последней в обыденный и повседневный ритуал, оторванный от непоказного благочестия пастырей, привлекательный для любопытствующих и губительный для ищущих, ибо сказано, что "вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом" (Евр. 11:1) и что "каждый должен разуметь нас, как служителей Христовых и домостроителей таин Божиих... каждый [из которых] оказался верным" (1Кор.4:1-2), "хранящим таинство веры в чистой совести" (1Тим.3:9). Какая ж вера без "осуществления" и "уверенности", какие ж "домостроители", не верные и не хранящие таинств?

Вполне вероятно, что наряду с этим обнаруживается и просто желание угодить секулярным, мондиалистски настроенным светским властям, заслужить за "дружбу с кесарем" - тем, нынешним, что сегодня вот-вот объявит миру о своем владычестве - "жизнь тихую и безмятежную". Однако обсуждению этого будет посвящен другой раздел статьи, а к тому, что сказано в данном, можно добавить лишь следующее: не одни "инославные христианские общины" нуждаются ныне в покаянии за совершенное и совершаемое отступничество, а также и иные их православные "собеседники", к которым, "учащим ереси открыто в церкви", уже и сейчас вполне может быть применено Пятнадцатое Правило Константинопольского Собора.

( продолжение следует)

__________________________________

1) Слову-прототипу, латинскому conventio в точности соответствуют понятия о договоре, соглашении, сделке.

2) По материалам "Службы коммуникации ОВЦС МП" (www.russian-orthodox-church.org.ru)

3) Апост. - Правила святых апостолов; Втор. - Правила Второго Вселенского Собора; Четв. - Правила Четвертого Вселенского Собора; Шест. - Правила Шестого Вселенского Собора; Лаод. - Правила Лаодикийского Собора; Карф. - Правила Карфагенского Собора; Вас. Вел. - Правила свт. Василия Великого; Тим. - Канонические ответы Тимофея Александрийского

4) Из "Православно-догматичесого богословия" докт. богосл. Макария, Епископа Винницкого, ректора Санкт-Петербургской духовной академии", репр., СПб.: тип. Григория Трусова, 1857, Т.2)





Внимание! Читая пророчества на этом сайте помните что достоверность трудно проверить и все может во времени изменяться
"О дне же том, или часе, никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец (Мк. 13, 32)"